Category: животные

Category was added automatically. Read all entries about "животные".

Насекомые

             


Мне с детства нравилась энтомология, но нельзя сказать, чтобы я слишком углублялся в эту науку; я не столько читал тексты, сколько любил разглядывать картинки. Не знаю - почему, в своих пристрастиях трудно разобраться. Мне вообще нравилась зоология беспозвоночных. Такие фантастические формы; они будили фантазии. Было и интересно, и порой страшновато. В классе восьмом прочитал о червях-паразитах, и мне стало дурно - я тут же обнаружил симптомы заражения...
В библиотеке набрал тогда все попавшие книги про насекомых, некоторые так и не сдал и они сейчас лежат у меня на полках. Одна из них - "Юный энтомолог" с хорошей графикой.
Помню большую книгу об осах, даже название её не забыл - "Четырёхкрылый корсар". Хорошее издание со множеством иллюстраций. Была там средневековая гравюра, изображающая дохлую корову, из прогнившего бока которой вылетали осы. В текст, если не ошибаюсь, говорилось о том, что Аристотель считал, будто бы эти насекомые появляются на свет из мёртвой скотины. Были ещё одни запомнившиеся мне фотографии: парализованная ядом медведка, которую медленно поедают развивающиеся личинки осы. Наверное, не только я один смотрел подобные книги, на создателей "Чужого", вероятно, тоже оказало впечатление нечто подобное. Я потом частенько наблюдал на даче за тем, как эта деловитая и поджарая оса-наездник прыгает, прыгает по земле, потом быстренько выкапывает норку, и уже через некоторое время тащит в нее обездвиженную гусеницу или паука с себя размером...
Осы могут напиваться, это я знаю не из книг. Когда с груши-бессемянки падают переспевшие плоды, то "полосатые корсары" обжираются их приторным соком и впадают в состояние алкогольного опьянения. Собираешь эту гниль с земли в ведро, а копошащиеся в ней осы даже взлететь не могут, только сердито жужжат и ходят по земле пешком. Но охотники они действительно замечательные. Над сеткой, где сушатся порезанные фрукты, кружатся кучи насекомых. Некоторые осы прилетают не ради сладкого, а чтобы подловить большую зазевавшуюся муху. Ловко набросится, схватит, отгрызёт крылья, и забирает к себе в гости... В детстве у нас по рукам ходила книжка "В стране дремучих трав", тогда хорошие книжки так же много значили, как сейчас какие-нибудь видеокассеты с крутыми фильмами. В той книге говорилось о фантастическом профессоре, уменьшившем себя до размера насекомых, обитавшем в травяных джунглях, рубившемся на смерть обломком раковины с богомолом, и использовавшем паука в качестве вьючного животного. Я любил летним, солнечным деньком лечь где-нибудь в траву и наблюдать жизнь, кипевшую среди этих дремучих зарослей. Поймать кузнечика и посмотреть какое у него крылышко - у некоторых красное, у некоторых синее. Подставить палец стрекомыслику, а потом заглянуть в его мордочку, похожую на маску летчика.
В нашем пионерском лагере среди детворы особо ценились жуки. Поймать жука-оленя было большой удачей. Жук носорог - рангом поменьше. На крайний случай мог сгодиться и короед. Его выковыривали из трухлявых пней, и потом держали в коробочке с этой же древесной трухой - чтобы ему было чем питаться. Особый случай жуки-пискуны - ночные летчики. Они прилетали на свет электрической лампочки, и пару раз хорошенько ударившись об нею, падали на пал. Красивые - серебристые, с роскошными усами веером. Но вся их прелесть была в писке, который они издавали надкрыльями, когда его брали в руки...
Но при всём при этом некоторые твари меня прилично пугали. Один раз на рыбалке спустился к ерику и увидел, как к помосту, с которого мы черпали котелком воду, подплыло нечто - большое насекомое, с длинным туловищем и лапами, похожее на палочника. После этого мне расхотелось купаться...
В последнее время к нам в квартиру стали проникать какие-то странные гости; видно не только в стране, но и в жизни обитателей нашего подвала происходят эпохальные перемены.
Вечерком сидел в зале, смотрел телевизор. Вдруг вижу - из спальни семенит серая тварь. Длинная - сантиметров шесть, верткая, на множестве тонких паучиных ножек. Куда-то нервно торопится. Наверное, в укромное место, чтобы ночью влезть на потолок и оттуда свалиться на моё лицо, подарив мне незабываемые впечатления. При всей своей любви к насекомым, я эту пугающую тварь немедленно засосал пылесосом.
Прошло несколько дней; захожу в туалет, а на стене сидит такая же. Неужели сбежала из пылесоса, сволочь? Но эта была какая-то спокойная, не торопливая. Меланхолично чего-то ожидала, пока я не поймал её в спичечный коробок, а потом высовывала из щелки длинные омерзительные усики...
Но вот кого не выношу, так это тараканов. С этими господами у меня никогда мира не будет, они у меня вызывают необъяснимое содрогание. Я могу взять в руки жука, но таракана - упаси Бог! С помощью методичных мероприятий мы этих мирских захребетников из нашей квартиры вывели. Правда, они не оставляют попыток вселиться обратно.
Сидел я в ванной, размачивал свои телеса, сонно почитывая "Джанки" Берроуза, как вдруг понял, что за мной следят. За газовой трубой примостился здоровенный, чёрный как смоль тараканище. Это был лазутчик. Он рассматривал меня, выгибая спину и поворачивая из стороны в сторону свою треугольную голову. И я ему явно не нравился. Дело в том, что тараканы испытывают к людям такую же брезгливость, какую испытывают люди по отношению к тараканам, так что это взаимная неприязнь. Говорят, что если таракан случайно коснётся человека, то долго после этого надраивает свою рожу лапками.
Это чёрный франт явно решал, как ему поступить дальше. Покрутился, нагадил под трубой, и развернувшись стал спускаться ко мне. Видно преодолел свою брезгливость и решил-таки со мной серьезно разобраться.
Ох, понимаю я творца детских ужасиков Чуковского с его кошмарным тараканищем...
Я не стал искушать судьбу и, выскочив из ванны, вооружился дихлофосом. (Понимая, что у определённой публики может возникнуть дурные ассоциации с "Циклоном-Б" и холокостом, специально оговорюсь - я не сторонник подобных методов, но мне пришлось защищаться).
Глотнувший газа таракан не находил места и лихорадочно тыкался во все щели. Я посчитал жестоким продлевать эту агонию и утопил его в унитазе...
Но это был только лазутчик, а кто последует за ним? Мне представились лавкрафтианские чудовища, заточённые в глубинах Земли, ожидающие своего часа, чтобы вырваться на свободу...

Бледный Призрак